15:24 

Ирландский прозаический эпос: многаслов

лейтенант Немо
Есть вещи слишком серьезные, чтобы о них говорить всерьез
Ирландские прозаические сказания сами ирландцы называют "скела" (scela) - "повесть". В Новое время их также стали называть сагами из-за сходства стиля и формы с исландскими сагами.

I

Сюжеты скел, как правило, основаны на мифах о сверхъестественных созданиях либо на преданиях об исторических личностях и событиях (при этом у исторических личностей вполне могут быть вымышленные - и зачастую очень популярные - соратники и современники, а причины исторических событий могут объясняться сверхъестественными явлениями).
Когда в VI веке до н. э. кельты со своей первоначальной родины, находившейся в западных областях нынешней Германии, пришли в качестве завоевателей на Британские острова, они нашли страну заселенной первобытными племенами. Эти последние — пикты, атекотты, каледонцы и другие, — вероятно, были родственны иберам, занимавшим в доисторические времена Пиренейский полуостров и значительную часть Галлии. Покорив и ассимилировав их, кельты, в свою очередь, сами подверглись сильному их влиянию. Это выразилось в заимствовании некоторых бытовых черт и воззрений, неизвестных кельтам; в поэзию кельтов проникло немало преданий пиктов. При этом благодаря ряду культурно-исторических особенностей именно в Ирландии мифологическое наследие кельтов сохранилось лучше всего. Время создания скел с мифологическими сюжетами трудно установить точно, но сюжеты, зафиксированные в самых ранних из найденных рукописей, созданы не позднее 6-7 вв. Также для создания скел щедро предоставляла материал историческая реальность: так, их персонажами являются короли, правившие в Ирландии с 1-го в. до н. э. до 8-го в. н. э.
В V веке Ирландия была обращена в христианство отчасти благодаря миссионерской деятельности святого Патрика (который сам стал впоследствии персонажем многочисленных преданий и легенд). Процесс христианизации проходил вполне мирно, на протяжении веков элементы христианства и язычества спокойно сосуществовали рядом. Тем не менее принятие христианства повлияло и на "литературную судьбу" скел. Во-первых, до этого в Ирландии художественное творчество и любые считавшиеся тогда научными сведения из области истории, естествознания, религии и т. п. существовали исключительно в устной форме; их хранителями были друиды, барды и филиды (которые, судя по всему, были и первыми авторами саг). Христианство привнесло в Ирландию культуру письменного слова, и в последующие столетия устные предания и литература сосуществовали рядом, наверняка влияя друг на друга. Во-вторых, именно тогда наверняка были записаны первые саги: с VI по Х век в Ирландии постоянно трудились не менее ста скрипториев, деятельность которых далеко не сводилась к текстам религиозного содержания. Рукописи более позднего времени по большей части восходят к правариантам, возникшим именно в эту эпоху, хотя многие промежуточные рукописи, не говоря уже об исходных вариантах скел и поэтических произведений, наверняка не дошли до наших дней. И, наконец, с V века началась христианизация саг, вообще говоря, довольно слабая. Она сказалась не столько в коренных заменах или прибавках к тексту, которые часто бывает трудно выделить, сколько в затушевывании слишком яркого языческого элемента.
С конца VIII до конца X века Ирландия подвергалась набегам норвежских и датских викингов, одно время утвердившихся на юго-востоке острова, в районе Дублина, и причинявших стране разорение. Помимо "культурного взаимодействия" на поле боя, "скандинавский элемент" повлиял на ирландскую культуру - так, например, наряду с древней, основной формой прозаической саги, с X века под скандинавским влиянием возникают на те же сюжеты краткие песни-баллады, дожившие до наших дней. Все же это влияние оказалось довольно незначительным, и заимствованные элементы были быстро ассимилированы. Кроме того, опустошения, производимые по всей стране викингами, побудили ревнителей старины позаботиться об охране национальных эпических преданий. Приходилось спасать дорогие рукописи от огня и меча, людям пера и слова приходилось ютиться в защищенных местах, собирая вокруг себя свои ценности. Это дало повод для общего пересмотра эпического материала. Начиная с 9-го в. старые саги, эпизодические, разрозненные, нередко противоречивые в разных их редакциях, были трудами грамотеев-монахов и светских литераторов собраны вместе, согласованы и объединены в обширные компиляции, тщательно переписанные. Более поздние списки этих компилятивных рукописей, восходящие к XI–XII векам, и сохранили для нас эти саги и поэзию.
К 10-му веку развитие и формирование скел можно считать законченным. Англо-норманское завоевание в 11 в. (имевшее в качестве последствий довольно-таки номинальное подчинение ирландцев английскому королю) не имело существенного влияния на самобытную ирландскую культуру и никак не повлияло на литературную судьбу скел. После этого, охраняемые как драгоценное национальное наследие, они продолжали переписываться и заучиваться наизусть в течение еще семи или восьми столетий, с величайшей заботой о том, чтобы в них привносилось как можно меньше изменений. Лишь с XVII века начинается процесс разложения этого древнего эпоса Старые рукописи, ставшие непонятными в силу архаизма их языка, забрасываются или уничтожаются, искажаются, сливаются с новыми мотивами; стиль вырождается. И все же традиция не исчезла окончательно - многие образы и мотивы древнего эпоса перешли в народную сказку, и в этой форме продолжают и сейчас храниться с той же заботливостью и любовью, как в старину.

II

С самого начала скелы сложились в прозе. Но вскоре их авторы, а вслед за ними и рассказчики стали вставлять в прозаическое повествование ради его оживления и эстетического эффекта обычно небольшие, но иногда довольно обширные отрывки в стихах. Но в стихах передаются исключительно либо моменты высшего драматического напряжения, либо речи действующих лиц — притом лишь тогда, когда они достигают высокого пафоса. Мы нигде не встретим сколько-нибудь связного изложения событий в стихах. Нет сомнения, что все они вторичного происхождения и носят чисто декоративный характер. В них филиды нашли применение своего искусства в «высших» видах лирики. С течением времени число стихотворных вставок увеличилось вплоть до того, например, что в некоторых частях эпопеи «Угон быка из Куалнге» они образуют чуть не половину текста. В разных версиях, при полном тождестве прозаического текста, стихотворные вставки бывают весьма различны, а иногда и вовсе отсутствуют. Это касается главным образом таких «типических» мест, как описание пиров, вооружения, сражений и т. п., для которых существовали традиционные формулы и которые переносились из одной саги в другую.
Объем скел, за редкими исключениями, невелик: каждая из них могла быть рассказана в один зимний вечер. Все они имеют эпизодический характер. Правда, делались попытки создать обширные, монументальные эпопеи, и до нас дошли две-три повести огромных размеров и широких по замыслу; одна из них — «Угон быка на Куалнге». Но попытки эти явно искусственны. Композиция этих повестей крайне слаба, и они отчетливо распадаются на ряд отдельных эпизодов.
* * *

Количество сохранившихся скел огромно. В одном тексте X века сохранился список названий ста шестидесяти одной скелы, которые возникли до 650 года, а если привлечь другие свидетельства, то число это может быть доведено до двухсот семидесяти восьми. Общее количество историй, которое должно было быть известно высшему по рангу поэту-филиду – олламу - определено в 350. 250 из них считались "главными" (prim-scela), a 100 – "вводными" или "предшествующими" (remscela). Это первый из принципов классификации саг, которого придерживались филиды. Вторым принципом было деление саг по сюжетам: сватовство, похищения, разрушения, видения и т.д. Уже в Новое время к ним добавился третий принцип: отнесение саг к одному из так называемых циклов – мифологическому, уладскому, циклу Финна/фианы/Осеана и историческому, или, иначе, королевскому в зависимости от персонажей, находящихся в центре повествования, и темы сюжета.
* * *

Мифологический цикл сохранился наименее хорошо изо всех четырёх циклов. Главными героями скел, относящихся к этому циклу, являются как правило сверхъестественные создания - Племена богини Дану (Туата де Дананн), в число которых входят различные кельтские божества, и фоморы. (И тех, и других называют также сидами). Известные скелы цикла — «Видение Энгуса», «Сватовство к Этайн» и «(Вторая) Битва при Маг Туиред».
Истории, которые обрамляют или дополняют сюжеты Мифологического цикла, содержатся в «Старине мест» и «Книге захватов Ирландии».
«Старина мест» — грандиозная работа по ономастике ранней Ирландии, излагающая легенды о названиях различных памятных мест. Она включает в себя информацию о персонажах и историях мифологического цикла - например, рассказывает о битве при Тальтиу, в которой Туата де Дананн были побеждены милезийцами, и включает короткий, как сказали бы сейчас, вбоквел, дополняющий скелу "Сватовство к Этайн".
«Книга захватов» — псевдоистория Ирландии, где история страны представляется в виде серии вторжений, или «захватов» Ирландии различными последовательно прибывающими народами. В ней рассказывается о том, как Туата де Дананн победили предыдущих правителей Ирландии в Первой битве при Маг Туиред и стали править островом, а затем сами потерпели поражение от высадившихся на остров милезианцев. Кстати, любопытно, что в этих книгах главные праздники средневековых ирландцев и, в целом, кельтов приурочены к высадкам в Ирландии мифических народов: 1 мая - Бельтайн - к высадке Племен богини Дану, а 1 августа - Лунгасад - к высадке побежденных ими впоследствии Фир Болг.
Магические, сверхъестественные способности и знания персонажей играют в этих сюжетах весьма значительную роль и используются главгероями для решения проблем даже чаще, чем военная сила. Например, один из факторов, способствующий победе в битве при Маг Туиред - то, что врач Туата де Данан исцелял любые раны и воскрешал своих умерших соратников. Когда разлученная из-за злого колдовства со своим мужем-князем сидов прекрасная Этайн в будущей жизни спустя тысячу лет выходит замуж за верховного короля Ирландии, ее супруг-сид телепортируется в охраняемые по периметру многочисленным войском королевские покои и похищает Этайн (с ее согласия), превратив ее и себя в лебедей. Их первая встреча в новой жизни также становится возможной благодаря тому, что сид напустил болезнь на ее деверя, а затем принял его облик. Это, а также практически полное отсутствие связи с историческими реалиями Ирландии, можно назвать отличительными чертами цикла.
* * *

Саги Уладского цикла (цикла «Красной ветви») - самого обширного, из которого сохранилось более ста образцов, - уже имеют историческую основу. Цикл назван по имени племени уладов, населения северо-восточной части Ирландии, действие историй разворачивается вокруг королевского двора в древней столице Эмайн Махе, близ современного города Армаг. Улады также тесно связаны с ирландской колонией в Шотландии, часть обучения знаменитейшего из героев цикла - Кухулина - происходит именно там. Фон событий отражает картину социальных отношений в Ирландии на заре нашей эры и в целом в раннем Средневековье:
В основе всех общественных группировок тогда лежало древнее понятие кровного родства. Самые мелкие социальные ячейки, семьи, объединялись в роды, роды — в кланы, кланы — в племена. Долгое время еще поддерживалась фикция, будто целые племена объединены происхождением от общего предка. Это не мешало принимать в состав родов или кланов лиц совершенно посторонних путем обряда усыновления. Род еще сохранял институт круговой поруки: он отвечал коллективно за преступления каждого своего члена, платил его долги и т. п. Каждая из перечисленных групп управлялась авторитетом своих главарей-старейшин.
Если племя занимало достаточно обширную территорию, ее глава носил титул короля или «подкороля», иначе говоря — князя; само же племя именовалось в таком случае народом. Одно время в Ирландии было сто восемьдесят четыре таких «народа», но не все они имели «подкоролей». Последние были подчинены королям областей (или королевств), которых вначале было пять. В более позднее время эти королевства назывались Ульстер (на севере и северо-востоке Ирландии), Коннахт (на западе), Мунстер (на юге и юго-западе), разделявшийся на Восточный и Западный, позднее — на Северный и Южный, и Лейнстер (на юго-востоке). Но первоначально области вовсе не имели собственных имен, а обозначались перифрастическим именем населения. Вместо позднейшего: «в Ульстер», «в Ульстере», говорилось: «к уладам», «у уладов», и точно так же: «к коннахтам», «к муманам». «к лагенам» и т. д. Позже в центре страны была выделена шестая область — Миде. Она была наделом верховного короля Ирландии, который жил в Темре (в новом произношении — Тара) и которому были подчинены короли других областей.
- так выглядела карта Ирландии спустя 7 столетий после событий, о которых повествует цикл. В начале тысячелетия улады, судя по всему, владели более обширными территориями.
Получалась сложная, многоярусная структура власти, кое-чем напоминающая удельно-вечевую систему на Руси и сводившаяся к многочисленным даням и повинностям, не всегда достаточно определенным и часто не выполнявшимся - в скелах описываются ситуации, как верховный король раз в несколько лет собирает знать, чтобы обсудить и установить дани и повинности. Власть королей над «подкоролями» (князьями) и подданными покоилась на широко распространенном институте заложников. Без них не обходились ни один договор, ни одна крупная сделка. Стоит заметить, что верховный король и короли областей также могли отправить, судя по скелам, заложников к своим подданным как гарантию того, что они будут соблюдать "правду короля".
Уладский цикл сложен примерно в начале христианской эры, большая часть действий происходит в областях Ульстер и Коннахт - точнее, на землях племен уладов и коннахтов. Завязку ряда саг этого цикла составляет постоянное соперничество двух северных областей — Улада (Ульстера) и Коннахта. Борьба эта в сюжетах цикла выражается как в постоянных мелких набегах, грабежах и пограничных схватках, так и в больших организованных походах (как оно наверняка было и в реальности). По свидетельству летописей, борьба эта длилась со II века до н. э. по II век н. э Вероятно, цикл в общих чертах сложился при дворе уладских королей еще в те времена, когда Улад был более обширной, чем впоследствии, областью и мог притязать на гегемонию в Ирландии.
Своеобразным "стержнем" всего цикла является личность короля уладов Конхобара Мак Несса, жизнь которого хроники относят к I веку до н. э. и I веку н.э. В многих дошедших до нас скелах говорится о красоте, о грозной и величавой осанке Конхобара, которого улады «почитали своим земным богом», но ничего не говорится о его собственных «подвигах силы и мужества» - его роль в скелах, как правило, второстепенная. Главным героем цикла стал племянник Конхобара, непобедимый Кухулин, воплощение доблести и благородства.
Образ Кухулина, сына сестры Конхобара и бога Луга, имеет, возможно, историческую основу, рано обросшую мифическими элементами. Но установить ее трудно - во всяком случае, первоначальная форма его имени, Сетанта, - не ирландская. Было время, когда Кухулин не фигурировал в уладском цикле. Если в «Недуге уладов» он и не мог выступать, так как события этой скелы отнесены ко времени до Конхобара, то отсутствие его имени в скелах с участием Конхобара («Повесть о кабане Мак-Дато» и «Изгнание сыновей Уснеха»), в которых дело идет о чести и благе всего народа, было бы совершенно необъяснимым, если бы к моменту их возникновения эпический образ Кухулина уже сложился. Зато сразу после своего вступления в цикл Кухулин завял в нем первенствующее положение. Сплошной, связной повести о жизни Кухулина не было создано (или она была утрачена), но эпизодические скелы о нем настолько согласованы между собой, что можно составить по ним его легендарную биографию. Пересказывать эту героическую в полном смысле слова биографию было бы слишком долго. Достаточно сказать, что в ней были воспитание в Шотландии, убийство в 6-летнем возрасте камнем из пращи свирепого пса, с которым не мог бы справиться отряд могучих воинов, служба кузнецу в качестве сторожа дома и стад ради компенсации убийства пса, взятое в руки в семь лет боевое оружие, битва в одиночку против целого войска ради защиты страны в 17 лет (на всех остальных напал магический недуг), взаимная и несколько трагичная любовь с прекрасной сидой, бой с магической армией, убийство сына и лучшего друга по трагической случайности и гибель во имя долга и чести. Этот образ некоторыми чертами напоминает образ Гвальхмаи-Гавейна, сложившийся в валлийской, а затем европейской традиции. Оба они - сыновья сестры короля; их имена или прозвища содержат отсылки к животным - возможно, тотемическим ("Кухулин" - "Пес Кулана", "Гвальхмаи" - "Весенний ястреб/Ястреб равнины"). Кухулин великодушен к врагам, отзывчив ко всякому горю, вежлив с женщинами, всегда — защитник слабых и угнетенных. Большинство лежащих на нем гейсов имеет высокий моральный характер: никогда не отказывать в помощи женщине, никогда не отвергать предлагаемого гостеприимства, всегда быть верным данному слову и т. д. Ни один из его подвигов не имеет своим стимулом корысть или эгоизм. Короче, Первый рыцарь Ирландии (так же, как некий небезызвестный сэр долгое время был Первым рыцарем артуровского цикла). А ситуация, описанная в скеле "Пир Брикрена", напоминает ситуацию из поэмы "Сэр Гавейн и Зеленый рыцарь" - главгерой сталкивается с требованием отрубить голову лорду/королю, обладающему волшебной силой. Тот, нисколько не пострадав от удара, требует, чтобы год спустя явились уже к нему и бестрепетно и не защищаясь подставили голову под удар топора. И Гавейн, и Кухулин в сюжетах с требованием справляются, подтверждая репутацию "первого героя". Хотя в целом непонятно, являются ли эти черты совпадениями, или персонажи кельтского эпоса как-то взаимно влияли друг на друга, как и неизвестно, существовали ли в реальности прототипы Кухулина и Гвальхмаи.
Центральное произведение цикла — "Похищение быка из Куалнге". Другие заметные тексты Уладского цикла — "Пир Брикрена" и другие скелы о Кухулине, "Трагическая смерть единственного сына Айфе", "Разрушение Дома Да Дерга" и т. д.
В сагах Уладского цикла присутствует вера в сверхъестественное - как же без этого в средневековой Ирландии, - но в целом это героический эпос, главные персонажи цикла — не чародеи и маги, а воины, и слава их зиждется на отваге, доблести и несокрушимой твердости.
* * *

Саги, относящиеся к Циклу Финна, повествуют о герое Финне Мак Кумале и его соратниках-фениях, входивших в «Фиану Эйринн» — небольшую полунезависимую дружину воинов, которая жила в лесах и занималась торговлей, разбоем и охотой, но могла быть призвана королем в случае войны. Этот цикл называют иногда Циклом Оссиана, так как большинство входящих в него поэтических текстов традиционно приписывается сыну Финна Ойсину/Оссиану. Финн и его воины согласно сказаниям жили и сражались во времена короля Кормака Мак Арта, который был верховным королем Ирландии в III в. н. э Но есть серьезные основания полагать, что предания о Финне носят вполне легендарный характер; скорее всего, Финн — древний мифический образ, поздно и своеобразно оживший в устном творчестве.
Хотя герои цикла - воины, причем не одиночки-герои, а боевые товарищи, и повести цикла рассказывают в первую очередь о сражениях и воинских подвигах, магия и сверхъестественные создания играют в цикле заметную роль. Сам Финн - внук друида из сидов, правнук кельтского божества Нуаду, сын вождя Фианы и женщины-сиды - наделен рядом волшебных способностей: глоток воды из его рук может исцелить любую рану, вернуть молодость и здоровье, а во время обучения у друида-лепрекона он случайно попробовал кожу волшебного лосося и приобщился к волшебной мудрости, получив дар предвидения. Сын Финна Ойсин был рожден от дочери короля сидов, которая была превращена в лань. Финн встретил её на охоте в облике лани, снял с неё заклятие и она превратилась в прекрасную женщину. Она стала жить с Финном и вскоре забеременела от него. Когда Финн был на войне, женщину вновь превратили в лань; она убежала из дома, и больше они не встречались. Рожденного от нее сына Финн назвал Ойсин - Олененок. Со временем Ойсин стал одним из лучших воинов в Фиане; кроме того, он унаследовал от матери дар красноречия, так что его поэмами восхищалась вся Ирландия. Власть над Фианой Финн получил после поединка с сидом: на праздник Самайн, когда открываются двери в потусторонний мир, сид Айллен мак Мидна усыплял всех жителей столицы Тары волшебной песней Три умения, которые ирландские триады приписывают истинно владеющим искусством музыки и слова: усыпить всех песнью сна, развеселить всех песнью смеха, довести всех до слез песнью плача) и, пока все спали, сжигал дворец до основания. Это продолжалось несколько лет. Фиана была не в силах предотвратить это. Финн, вооруженный магическим копьем, не заснул под воздействием песни и убил Айллена. После этого узнали, кому он приходится наследником, и отдали ему командование над Фианой. По одной из версий, Финн также потребовал и получил от дедушки-сида его дом - магический холм в качестве компенсации за смерть отца. (Два этих сюжета - про женщину-лань и Айллена - судя по всему объединены в мини-спектакле "Волков", который я не видел, а только аннотацию читал Один из самых известных природных памятников Ирландии и вообще мира - Дорога Гигантов - по преданию является остатками моста, который Финн построил, намереваясь отправиться в Шотландию, чтобы сразиться там с великаном. В истории (судя по всему, довольно поздней и больше похожей на сказку), великан прибыл в Ирландию первым, но, обманутый хитростью жены Финна, сбежал, не доводя дело до боя, и разрушил вслед за собой мост.
(Тут в ролике - немного про Дорогу Гигантов, которую Финн понастроил)

Соперник постаревшего Финна в любви, Диармайнд, является воспитанником сида, приходящего к нему на помощь и спасающего его возлюбленную, а также владеет магическими доспехами и оружием, которые помогают ему в борьбе с не наделенной такими ништяками сюжетной массовкой. В общем, хотя скелы Цикла Финна можно с полным правом отнести к героическому эпосу, но магия значит в этих сюжетах не меньше, чем меч.
Наиболее известная скела в этой группе историй — «Преследование Диармайда и Грайне» - некоторые ученые считают эту историю прообразом сюжета о Тристане и Изольде. К сожалению, хотя некоторые элементы истории и можно отнести к 10-му веку, но самые ранние ее записи, дошедшие до нас, сделаны на современном ирландском не ранее 16-17 вв. и несут на себе явные следы вырождения эпоса и превращения его в волшебную сказку, так что полноценного представления о жанре скел или Цикле Финна эта повесть дать не может. Скелы, повествующие о молодости Финна, судя по всему не переведены на русский, и если кто-нибудь подскажет их названия на английском - спасибо скажу ))
* * *

Так называемый Исторический цикл — самый пестрый. В него входят разрозненные скелы, группирующиеся вокруг отдельных верховных или местных королей Ирландии, правивших в II — VIII вв. н. э. и исторических и псевдо исторических событиях этой эпохи. Эти повести не только о королях (самые известные из них: Конайре Великий, Конн Ста Битв, Арт Одинокий, Кормак Мак Арт, Ниал Девять Заложников, Домналл мак Аэда), но и о «правде короля», об основании династий и их смене, о судьбах королевских домов в разных областях Ирландии, о роли филидов и монахов в «истории» Ирландии, об утверждении христианства в Ирландии, путешествиях и т. п.
* * *

Интересная информация о персонажах и основных событиях, описанных в эпических преданиях всех этих четырех циклов, содержится в трудах, составленных христианскими монахами в период средневековья. Помимо уже упоминаемых «Книги захватов Ирландии» (Lebor Gabala Erenn), которая имеет ряд приложений, и "Старины мест" (диндсенхас), существующей в прозаическом и поэтическом вариантах, существуют также "Список королей" «Глоссарий», «соответствия имен» (Coir Anmann — рассказы, разъясняющие появление имен и прозвищ у того или иного известного персонажа) и, наконец, стихи, триады и родословия, содержащие многие знаменитые имена.

III

Как и говорилось выше, формирование значительной части скел проходило в течение 1-го тысячелетия н. э. и было практически завершено к 10-му веку. Поэтому картины жизни, рисуемые в скелах, дают представление о традициях, обычаях и быте ирланцев языческой и раннехристианской эпохи, особенно 3-го-7-го века (с учетом общей консервативности общества, эта картина не очень менялась в течение столетий).
Хотя социальное устройство общества во многом напоминало архаичный родо-племенной строй, это не подразумевало отсутствие твердого законодательства. Наоборот, существовала сложная правовая система, которая блюлась особой коллегией судей. Обширный сборник гражданского права, дошедший до нас, был составлен, по преданию, еще в 438 году. В нем излагались не только узаконения и формы правосудия, но и нормы всех социальных отношений вообще. Кровная месть уже заменена во всех случаях (впрочем, лишь в законе, но не всегда, конечно, в быту) пеней-выкупом, тщательно таксированным. Единицей цены в ту эпоху натурального хозяйства являлась рабыня или, как эквивалент ее, три коровы.
Население распадалось на три класса: 1) «благородные», 2) «свободные», подразделявшиеся на обладавших и не обладавших собственностью, и 3) рабы. Последние происходили большей частью из туземных племен, покоренных пришельцами-кельтами, и пополнялись из числа военнопленных. Свободные имели кое-какие политические права. Именно: в определенные сроки, обычно раз в год, в главных центрах всех пяти королевств происходили общие народные собрания, чаще всего связанные с ярмарками. Здесь, наряду с играми, состязаниями и другими увеселениями, обсуждались важнейшие дела и утверждались новые законы. Впрочем, голос народа имел лишь моральное значение и король (князь) был волен ему не подчиняться.
Обычными занятиями всех «благородных» были война и охота. Каждый «свободный» тоже был воином. Покорение туземных племен (пиктов, атекоттов) на севере Ирландии еще не было закончено. Было много и других причин для войн и распрей, постоянно совершались всякие правонарушения и взаимные обиды: низшие князья восставали против высших, грабежи происходили регулярно. Так как главным богатством был скот, то распространеннейшей формой разбоя был угон скота. Вдобавок к этому ирландские пираты непрестанно грабили берега Англии и Шотландии, увозя жителей, чтобы обратить их в рабство: одним из таких бритских пленников-рабов и был святой Патрик, старавшийся обратить Ирландию в христианство. Предпринимались и более далекие экспедиции, отголоски которых звучат в сагах о Кухулине. В результате таких набегов, принявших со временем более организованную форму, западная Шотландия была колонизована ирландцами — предками части нынешних горных шотландцев.
Способ ведения войны отличался большой жестокостью. Население целых поселков иногда сплошь избивалось, посевы уничтожались, весь скот угонялся. Иногда водили в бой специально обученных боевых псов, которые грызли врага. Был обычай отрезать головы убитых врагов и сохранять черепа в качестве трофеев. Более упрощенным способом было отрезание и хранение языков.
Женщины пользовались почти всеми теми же гражданскими правами, что и мужчины, и активно участвовали во всех мужских делах, даже в войне. Это, конечно, не исключало известного неравенства. В то время как для воина завести наложницу было обычным делом, измена жены мужу каралась жестоко, вплоть до сожжения на костре. Вообще же у кельтов до XI века моногамия отнюдь еще не вытеснила «парного брака», и в Ирландии рассматриваемой эпохи были «широко распространены браки на время».
Весьма распространен был обычай воспитывать детей на стороне либо в виде «залога дружбы», либо за плату, в педагогических целях, для закалки характера. Мальчики оставались на воспитании до семнадцати, девочки — до четырнадцати лет, то есть до их гражданского совершеннолетия. Обязанности приемных родителей понимались очень широко. У детей устанавливалась с их молочными или сводными братьями близкая связь на всю жизнь, иногда более прочная и глубокая, чем кровное родство. С понятием «совоспитанничества» сливалось обозначаемое тем же термином понятие побратимства, которое могло установиться позднее на почве общих юношеских подвигов. Классическим примером такого побратимства являются отношения между Кухулином и Фердиадом.
Высоко ценились честь, репутация, доброе имя. Всякая пеня состояла из двух частей: 1) возмещение убытка, 2) «возмещение чести» (видимо, компенсация того, что потерпевший отказывается от мести, восстанавливающей в глазах окружающих его доброе имя и свидетельствующей о его храбрости). «Свободный», беря в жены девушку, давал ей в виде свадебного дара «выкуп ее чести» - в знак того, что ценит добронравие и скромность той, кто взойдет девственницей на его ложе. При дворах королей соблюдалось местничество: так, в "Повести о кабане Мак-Дато" описывается спор знатных воинов из-за того, кто будет делить кабана и кому достанутся лучшие куски. Но при этом понятие чести не всегда было связано с материальными благами и не сводилось только к тщеславию. Верность вождю или данному слову считалась обязательной для воина. Одним из высших выразителей чести и душевного благородства является в сагах Кухулин.
Вера в магию пронизывала повседневную жизнь ирландцев. Так, у них бытовала присущая в раннем Средневековье многим кельтским и германским народам вера в силу поэтического слова, вера в то, что владеющий даром песни и красноречия может приворожить к себе, заклясть или проклясть. Вера в то, что проклятье приносит вполне реальный ущерб, отражалась в существовании т. н. "злых песен", содержащих угрозу наслать разные беды, болезни и даже смерть в случае невыполнения требования. К ним приходилось прибегать даже при судопроизводстве: при отсутствии исполнительного аппарата, когда осужденный отказывался подчиниться приговору, не оставалось ничего другого, как спеть ему такую «злую песню». Ими же пользовались для всякого рода вымогательств. Любопытно, что сила воздействия «злой песни» состояла не только в угрозе, заключенной в ней, но и в некоей моральной принудительности, с нею связанной. Это явствует из тех случаев, когда жертва повиновалась требованию, заведомо обрекавшему ее на смерть. Разумеется, пользоваться подобным могли не все подряд, а в первую очередь те, кого считали связанными с магией - друиды, филиды, барды, заклинатели и прорицатели.
Особым видом колдовских поверий были у ирландцев так называемые гейсы. Это — своеобразные запреты или зароки, лежащие на отдельных лицах. От сходных религиозных запретов, встречающихся у других народов («табу»), они отличаются тем, что носят обычно персональный характер. Они чрезвычайно разнообразны. Некоторые из них имеют как будто исключительно моральный характер: например, один из гейсов Кухулина повелевал ему не отказывать в помощи ни одной женщине. Другие выдают свое тотемическое происхождение: например, гейс того же Кухулина — не вкушать мяса собаки (имя его значит «пес Кулана»). Некоторые, наконец, связаны с культом природных сил, так, например, на короле Конайре лежал запрет — не выходить из дома после захода солнца.


IV

Старейшая из сохранившихся рукописей на ирландском языке, содержащих скелы, — «Книга Бурой Коровы» (Lebor na hUidre, кон. XI — нач. XII вв.), получившая своё название за пергамент, на котором была написана. Название книги связано с легендой о том, что она написана на шкуре любимой коровы святого Киарана, которая сопровождала его в школу. Хранится в библиотеке Ирландской королевской академии.
Сильно повреждена: сохранилось только 67 пергаментных листов, многие из текстов неполны.
Была создана в монастыре Клонмакнойс, графство Оффали, тремя писцами. Первоначальная версия манускрипта была записана Маэлом Муйре мак Келехайром (возможно, «M»); второй писец создал начало рукописи и первые страницы нескольких текстов. Согласно ирландским летописям, Маэл Муйре погиб во время набега викингов на Клонмакнойс в 1106 г., что позволяет определить самую позднюю дату создания манускрипта.
Включает в себя саги всех четырех циклов ирландской мифологии, в том числе старейшую (неполную) версию «Похищения быка из Куальнге» (уладский цикл), которая в сочетании с другой неполной версией из «Желтой книги Лекана» образует так называемую первую редакцию этой саги (TBC I), а также религиозные и исторические тексты. Среди саг уладского цикла видное место занимает «Пир Брикрена» (конец утрачен), «Сватовство к Эмер», «Зачатие Кухулина», «Призрачная колесница Кухулина». К сагам мифологического цикла можно отнести «Разрушение дома Да Дерга» и «Сватовство к Этайн» (часть страниц утрачена). Королевский цикл представлен сагами «Приключение Коннлы» и добавленными третьим писцом «Смерть Нат И», «Рождение Аэда Слане». Также включает серию саг о легендарно-историческом короле Монгане, жившем в начале VII в.: его считали воплощением легендарного героя Финна мак Кумала. Содержит также произведения в стихах и прозе на христианскую тематику.
Имеется также собрание четырёх манускриптов, появившихся на западе Ирландии в конце XIV — начале XV века: «Жёлтая книга Лекана», «Великая книга Лекана», «Книга Уи Майне», и «Баллимотская книга». Первая из них содержит часть наиболее ранней известной версии Угона быка из Куалнге и хранится в Тринити Колледже. Другие три находятся в Королевской Академии.

Источники: А.А.Смирнов, С. Шкунаев, Ю.М.Сапрыкин “История Ирландии”, Мелетинский Е.М. “Кельтский эпос", Вики. За дополнения или исправления, если где-то что-то не так, традиционно спасибо скажу. )

@темы: Про литературу, Мифология, мистика, легенды, Ликбез, Историческое или вроде того, Европа

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Yellow submarine #6

главная